– Нет, почему же, – терпеливо отвечал Волька. – Человек, который приносит больше пользы для родины, зарабатывает у нас больше, чем тот, который приносит меньше пользы. Конечно, каждый хочет заработать больше, но только честным трудом.
– Пусть будет так, – сказал Хоттабыч. – Я очень далёк от того, чтобы толкать своего возлюбленного друга на нечестные заработки. Если тебе не нужны драгоценности, обрати их в деньги и давай эти деньги в рост. Согласись, это весьма почтенное занятие – давать деньги в рост тем, кто в них нуждается.
– Ты с ума сошёл! – возмутился Волька. – Ты просто не понимаешь, что ты говоришь! Советский человек – и вдруг ростовщик! Да и кто к нему пошёл бы, даже если бы где-нибудь вдруг завёлся такой кровосос? Если нашему человеку требуются деньги, он может обратиться в кассу взаимопомощи или занять у товарища. А ростовщик – это ведь кровосос, паразит, мерзкий эксплуататор, вот кто! А эксплуататоров в нашей стране нет и никогда не будет. Баста! Попили нашей крови при капитализме!
– Тогда, – не унимался несколько приунывший Хоттабыч, – накупи побольше товаров и открой собственные лавки во всех концах города. Ты станешь именитым купцом, и все будут уважать тебя и воздавать почести.
– Да неужели тебе не понятно, что частник – это тот же эксплуататор? Торговлей у нас занимается государство, кооперация. А зарабатывать себе деньги, торгуя в собственном магазине…
– Хм! – Хоттабыч сделал вид, будто согласился. – Предположим, что это так, как ты говоришь. А производить разные товары – уж это, надеюсь, честное занятие?
– Безусловно! Вот видишь, – обрадовался Волька, – ты начинаешь понимать мою мысль!
– Очень рад, – кисло улыбнулся Хоттабыч. – Помнится, ты мне как-то говорил, что твой глубокоуважаемый отец работает мастером на заводе. Так ли я говорю?
– Угм!
– Он самый главный на этом заводе?