Мирно завтракали ветчиной и какой-то зеленью.
— Гдѣ хозяинъ? — спросилъ Крысаковъ.
— Я.
— Почему ваша жена безо всякаго повода поз-зволила себѣ толкнуть въ грудь мою жену?
— О, — возразилъ хозяинъ пренебрежительно махнувъ рукой. — Вы русскіе?
— Да.
— Такъ вѣдь русскихъ всегда бьютъ. Русскіе привыкли, чтобы ихъ били.
Привычному человѣку, конечно, не особенно больно, когда его бьютъ. Но непривычный французъ, получи въ ударъ кулакомъ въ животъ, заревѣлъ, какъ быкъ, и обрушился на маленькій столикъ съ цвѣгочнымъ горшкомъ.
Нѣсколько французовъ вскочили и бросились на славнаго, веселаго, кроткаго Крысакова.
Крысаковъ повелъ могучими плечами, ударилъ ногой громадный столъ, и все слилось въ одну ужасающую симфонію звона разбитой посуды, стона раненыхъ и яростнаго крика взбѣшеннаго Крысакова.