— Акула в клубе рассказывал…
— Вот колодник-то! — проговорил в негодовании Колобов, продолжая делать свои замечания a parte.
— Неужели нельзя его за это, на скамью? — спросил Егор Дмитриевич у Шольца.
— Тот молчал, что-то соображая.
— Видите: уж задумался, — сказал с упреком Зыков: — У них, батюшка, ничего нельзя! И на что только, прости Господи! эти прокуроры существуют? воскликнул ротмистр и стал прощаться.
— Так как же на счет редактора-то, Александр Данилович? — остановила его Татьяна Николаевна. — Дадите ли вы мне копию с ваших постановлений; ведь надобно же его выгородить…
Зыков несколько замялся. — То есть какие же копии? По нашему военному закону я этого не могу…
— Но ведь вы же подтверждаете, что сообщенные мною цифры и сведения верны?
— Совершенно.
— В таком случае, чтобы не нарушать вашего военного закона, подтвердите это письмом, a я его отошлю редактору…