- Конечно, бывают… мы сами не можем вовсе отвергнуть, чтобы…
- Чтобы, любезный папахен, вы не сговорились с любезным братцем попугать меня, - возразила девушка, лукаво улыбаясь. - Это вам не удастся. Может быть, приличнее мне, женщине, бояться. Вульф это часто твердит и дает мне в насмешку имена мужественной, бесстрашной; но он позволит мне в этом случае вести с ним войну, чтобы не быть в разладе с моею природой. Рабе останется тем, чем была еще дитею.
- Речь не о том, - прервал с некоторым нетерпением пастор. - Послушаем, что расскажет нам вожатый наш в царство теней.
- Готовы слушать! - вскричали в один голос офицер и девушка.
- Прошу всепокорнейше внимания, почтеннейшие господа и вы, фрейлейн, - произнес важно Фриц, раскланиваясь на обе стороны шляпой, - и верьте, что конюший баронессы, который, во-первых, никогда еще не лгал, особенно перед столь почтенными господами…
- Во-вторых, начнет теперь, - сказала сидевшая в карете.
- Слушай же, Кете! - вскричал сердито пастор, и та, к которой он обращался с этим восклицанием, смиренно опустила длинные черные ресницы на прекрасные черные глаза, полные огня и остроумия.
- Только без пунктиков, Фриц, без пунктиков, которыми ты любишь зарубать свою речь, - примолвил офицер.
- Прошу извинения, господин цейгмейстер! (Фриц снял униженно шляпу и, по знаку своего повелителя, опять надел ее.) - Привычка пуще неволи; топи ее в море слов, а все где-нибудь вынырнет. Вот, например, господин Ле… Лио… ох! эту фамилию забываю вечно.
- Фамилию мимо!