Княгиня шепнула мне: "она злится", и продолжала вслух:
- А как вы думаете, если бы он приехал к нам в Москву, под качели?
Девушка молчала.
- Вы не хотите с нами говорить?
- Для чего же ему к нам, в Москву, приезжать?
- Ну, а если бы взял да и приехал? Как вы думаете: присел ли бы он к нашим мужичкам?
- Зачем же ему к нашим приседать, когда у него свои есть, - отвечала Анна Фетисовна и поспешно ушла с пустою чашкою в свою комнату.
- Она положительно злится, - сказала по-французски княгиня и добавила, что Анна Фетисовна пламенная патриотка и страдает страстию к обобщениям.
Барон все улыбался и скоро ушел. Я ушел часом позже.
Когда я простился, Анна Фетисовна, со свечою в руке, пошла проводить меня по незнакомым переходам отеля до лестницы и неожиданно сказала: