- Вправду, может, она как-нибудь на четвертинку собьется. Выпить бы теперича, признаться, знатко бы, - вступились мужики.
- Штраф штрафом, - возразил заступникам дядя Федот, - а блох из нее выпужать беспременно следует, потому я вас для самого этого дела и вином поил.
- Ну ин в самом деле, ребята, прохворостить ее. Што же мы, вправду, задарма, што ли, вино-то пили? - единодушно согласились на крыльце.
Василий потащил Козлиху в пожарный сарай… а между тем услужливая сходка с шумом и гарканьем распивала третью четверть благодарного дяди Федота.
- Вот те и вся недолга! - радостно вскрикнул сторож, взбегая на крыльцо. - Пробрал я ее, как и быть надоть. До новых веников не забудет.
Козлиха съежилась в своем изорванном зипунишке, так что казалась гораздо меньше, чем на самом деле.
- Милая ты моя, - наставительно сказал ей толстый мужик, сходя с крыльца, - поклонись теперь миру да за штрафом как можно скорее сходи. Акромя того, делать тебе здесь нечего. Бежи-кась.
- За что же я буду платить штраф? И где я его возьму? - зарыдала Козлиха.
- Мир тебя на ум наставил, а ты его попоштовать не хочешь? Это, я тебе сказываю, большой ты грех на себя принимаешь, Козлиха, - резонировал толстяк, покачиваясь. - Ты то теперича возьми: чем ты господу богу угодить можешь? Постом и молитвой! Это я тебе истинную правду сказываю. Ты ее и понимай.
- Кормилец ты мой! Да я бы радостью рада, только всего-то на все и денег-то у меня дома два пятака да трынка. Как же вы - эдакая-то ли вас сила сидит на крыльце - пить на них будете?