— Хороший сказ, — откликнулась Валентина.
— Весьма, весьма! — поддержал племянницу Абасин, переступая порог. — Содержательный, хотя и неверный. То есть неверный в частностях, но в основном весьма меткий. По этому сказу можно проследить, как создаются мифы, сказки…
— Нет, это все правда, — довольно строптиво откликнулся Петюша. — Не сказка это! Только про бога все зря, бога нет, а так — не сказка.
— Максим Кожевников действительно существовал, — не обратив внимания на его протест, увлеченно приступил к своей излюбленной теме Максим Максимилианович. — Был он крестьянином Белоярской волости. Зимой 1831 года он с товарищами собирал в лесу смолье и нашел на корнях соснового выворотка несколько кристаллов и обломков зеленого камня. Смолокуры доставили находку на Екатеринбургскую гранильную фабрику и продали необычные зеленые камешки командиру фабрики Коковину. Вполне понятно, что Максимушка, уральский мужик, не мог поставить красивый цветной камень в ничто, в детскую забаву. Он взял за камень свое, вероятно жалкие копейки, и на этом роль первооткрывателя альмарина кончается. Неизвестно, как и когда умер человек, первым державший в руках русский, лучший в мире альмарин.
Ленушка, которая все шепталась на печке с Петюшей, соскучилась, соскользнула на пол, прижалась к Валентине и получила еще один леденец.
— Так вот, — продолжал Максим Максимилианович, — сказ о добродушном мужичке и о хитром барине на первый взгляд кажется чистой сказкой, но только на первый взгляд. Народ, как и всегда, глубоко прав и справедлив. Все основные богатства Урала открыты трудовым людом, имеющим миллионы глаз и рук, обладающим тем, что горняки называют «геологическим чутьем». Железную руду горы Благодать нашел скотовод-вогул Чумпин; рудознатцем железной горы Высокой был Яков Савин; первый русский асбест нашел двести двадцать лет назад невьянский крепостной крестьянин Софрон Согра; первое золото на Руси открыл крестьянин Ерофей Марков. Народ — это коллективный первооткрыватель уральских богатств. И народ видел, что все завоеванное им в борьбе с суровой природой уходит в Екатеринбург, а оттуда золотой рекой льется в Питер и за границу, обогащая различных, главным образом иностранных купцов и авантюристов. Только что открытое месторождение альмаринов тоже было отнято у народа. Горное начальство сделало это совершенно бесцеремонно.
Вот справочка из моей записной книжки: «Крестьяне деревни Голендухиной Григорий и Денис Козьмины в 1834 году нашли красивые зеленые камни. Они намерены были те камни добывать, но остановил их в том унтер-шихтмейстер Портнягин. Он обследовал найденное место, донес о находке командиру Екатеринбургской гранильной фабрики Коковину, который немедленно приступил к разработке месторождения иждивением казны».
Горное начальство отогнало от месторождения народ как первооткрывателя и хозяина, а владельцы шахт привязали народ к приискам как бесправных рабов. Труд был каторжный. Разборщикам руды намертво забинтовывали деревянные лопаточки в горсть, чтобы те не могли утаить камень. Люди с деревянными пальцами — додуматься надо! Досмотры, обыски на шахтах были унизительны до омерзения, плеть не знала отдыха.
Ответом на всяческое притеснение начальства был уход народа в хиту, в сосновое братство, которое осаждало казенные прииски, хитило отвалы шахт. Здесь кипела непрерывная борьба хиты с горным начальством, с владельцами копей.
Наши места до революции были страшными: днем все обманчиво мирно, а ночью кроваво. Так продолжалось до тех пор, пока революция не вернула зелен камень его законному владельцу — народу.