— Должно помочь! Мы от себя тоже походатайствуем... А ты действительно хочешь к нам? — повернулся полковник к Ермолаю.
Ермолай не успел и слова вымолвить.
— Хочет?! Чего его спрашивать! — выкрикнул отец. — Разве возможно, чтобы парень в армии не служил, да еще комсомолец... Он должен Родину защищать!
Через месяц Ермолай снова наведался к полковнику Суслову.
— Поезжай, —сказал ему отец, — они уже наверное получили насчёт тебя распоряжение из Москвы.
Тогда, после первого посещения, по совету Суслова Ермолай и отец написали наркому письмо с просьбой зачислить Ермолая в пограничные войска. С таким же ходатайством обещал обратиться в Наркомат и полковник Суслов.
Суслов выслушал Ермолая внимательно.
— Ответа еще нет,— сказал он.— Но вы не огорчайтесь. Почта до Москвы идет две недели. А у наркома, надо думать, дел много, кроме этой просьбы.
Долго пришлось ждать. Но однажды в морозное утро, когда над хатами вставали и тянулись к высокому небу столбы дыма, к дому Серовых подъехали сани, запряженные парой гнедых. Два пограничника Пейзин и Урма зашли в дом.
— Ну, Ермолай, — сказал Пейзин, — за тобой приехали. Москва уважила твою просьбу.