— В чём дело? Доложите по порядку, — предложил Кузнецов, едва сдерживая невольную улыбку.
Фёдор Иванович метнул в сторону японца взгляд, полный ненависти, стал смирно и доложил, как и где захватил самурая.
Чтобы не производить шума близ заставы, Дед отправился на охоту подальше от границы, в дальний кедровник. Он долго лежал в кустах с подветренной стороны у облюбованного кабанами места и, наконец, увидел самку с тремя поросятами. Мясо на дорогу будет! И вдруг кем-то напуганные кабаны стремительно шарахнулись влево.
Не тигр ли это? Дед замер. Ему еще не доводилось встречаться с хозяином тайги один на один.
— А вместо тигра-то на меня вылез вот этот негодяй, — волнуясь, рассказывал Фёдор Иванович. — В руке «монтекрист» держит, — Дед презрительно кивнул на лежащий на земле лёгкий карабин. — Я выскочил и схватил самурая за руку. А он, гнилая душа, вздумал пинать меня в живот. Ну, раз не хочешь подобру-поздорову — получай: пришлось о его сопатку руку марать…
«Откуда в тайге японец? Куда шёл? Зачем?» — думал Кузнецов, рассматривая самурая, высокомерно поджавшего губы.
— Вы его обыскали?
— Всё, как полагается. — Кротенков вытащил из карманов пару пистолетов, — А здесь продукты и прочее, — ткнул он носком сапога в лежащую на снегу котомку.
Чекист посмотрел на ловко пригнанную охотничью одежду, в которую нарядился японец, потом на большие военного образца ботинки.
— Снимите обувь!