Капитан Ллерингтон вгрызается в трубочный черенок, с жёстким одобрением смотрит на отвесный сноп чёрного дыма, ноги ощущают лёгкую вибрацию и клокот корпуса миноносца — десять, двадцать, тридцать часов, и цель, и скорость, и пушки сольются воедино в строках приказа.
Капитан на мостике: как недосягаемый король великого государства, он — всё: право и воля, власть и закон, но это не настоящий король, не король нашего повествования, это лишь скромный слуга, скромный валет, так же как и два его штатских пассажира, измученные темпом и морской болезнью.
А солнце над головой становится всё прямее и прямее, и ближе становятся Галапагосские острова и необходимая развязка.
9. Сила привычек
Когда американцу-туристу показывают Реймский собор, он задаёт вопрос, сколько он стоит; когда англичанину вообще ничего не показывают и даже ни о чём не спрашивают, то он считает себя обязанным упомянуть, что в Англии самый большой флот в мире. Если сомневающихся в этом достаточное количество, допустим, население какого-нибудь Китая, то производится предупредительная демонстрация оного флота.
Это следует отнести всецело к национальным привычкам и чёрточкам. Лорд же Стьюпид представлял из себя законченную индивидуальность.
Выражаясь крайне специально, лорд постепенно приучил своих спутников к построению своих фраз. То, что он ангар, например, называл стойлом, никого не коробило. Гуляя с Иреной, шёл всегда справа, галантно предоставляя ей возможность идти по «бровке».
— Оставьте эту старую подкову, мисс! — восклицал он, когда Ирена бросилась ловить неуклюже убегавшего крабба.
Что касается «оставленной» им земли, то лорд один единственный раз поинтересовался узнать, где и что поделывает эта старая лошадь.
В тот же вечер лорду любезно указали на мерцавший на небосводе Марс, тактично представив его на амплуа «Земли».