Лабискви растерянно взглянула на Кита, но живо овладела собой и заговорила. В словах ее зазвучала решимость человека, не привыкшего полагаться на других.
— Мак-Кэн, вы — собака, — прошептала она, и в глазах ее вспыхнул дикий гнев. — Я знаю, что вы подымете весь лагерь, если мы не возьмем васс собой. Отлично. Мы вынуждены вас взять. Но вы знаете моего отца. Я такая же, как он. И вы будете исполнять свою долю обязанностей. Я заставлю вас слушаться А если вы выкинете какую-нибудь гадость, вам придется раскаиваться, что вы пошли с нами.
На рассвете они были среди холмов, которые лежали между равниной и горами. Мак-Кэн предложил сесть и позавтракать, но они продолжали итти. И только когда после полудня растаял наст и лыжи стали проваливаться, они сделали первый привал.
Лабискви рассказала Киту все, что знала об этой местности, и объяснила, как она собралась обмануть погоню. Отсюда было только два выхода — один на западе, другой на юге. Снасс немедленно отправит молодых воинов стеречь эти два прохода. Но на юге есть еще один проход. Правда, он доходит только до половины хребта, а там сворачивает на запад и, миновав три перевала, выходит на главную тропу. Но, не найдя их следов на троне, индейцы решат, что беглецы направились западным проходом и вернутся назад. Им и в голову не придет, что Кит и Лабискви рискнули пойти самой длинной дорогой. Оглянувшись назад на тащившегося позади Maк-Кэна, Лабискви вполголоса сказала Киту:
— Он уже жует. Это нехорошо.
Кит оглянулся. Ирландец тайком грыз мясо карибу, выкраденное из вверенного ему мешка.
— Между привалами не есть, Мак-Кэн! — приказал он. — В горах нет дичи, мы разделили всю провизию на равные порции.
К часу дня наст растаял, и лыжи стали проваливаться. Был устроен привал, и они впервые закусили после побега. Кит оглядел припасы. Мешок Мак-Кэна глубоко огорчил его. Ирландец набил свой мешок таким множеством серебристых лисьих шкурок, что для мяса в нем оставалось совсем мало места.
— Я не знал, что захватил их так много, — оправдывался он. — Я укладывался в темноте. Их можно будет продать за хорошие деньги. Но у нас есть ружья, и нам еще будет попадаться дичь.
— Мы попадемся волкам, — в отчаянии проговорил Кит, а Лабискви гневно сверкнула глазами.