Асан поднялся и зажал в кулак свою иссиня-черную бороду.
— Надо ехать, — оказал вдруг он.
— Правильно, — согласился я.
— Спроси, — оказал я Карабеку. — Мурат-Али не боится ехать?
— Зачем не боится, — ответил Карабек, считая, повидимому, лишним задавать такой наивный вопрос Мурат-Али, — Конечно, боится, я боюсь и ты боишься. Ехать надо — едем, — добавил он.
— Боишься? — опросил я Шамши. Но тот сделал вид, что очень крепко опит, и Карабеку долго пришлось трясти его, прежде чем он открыл глаза.
— Воля аллаха, — ответил он, растерянно разводя руками. — Воля аллаха…
Итак, нас было шестеро: Карабек, Асан, Азим, Мурат-Али, Шамши и я. Саид куда-то исчез. Мы его решили оставить здесь, а самим непременно вернуться и помочь ему отыскать Сабиру. Председатель заявил, что Сабиру прячут где-то поблизости и не решатся увезти из кишлака, пока кто-либо из нас тут. Кроме того он обещал поставить дозоры на всех дорогах, чтобы Барон не мог проскочить незаметно и увезти с собой Сабиру. Настоящие розыски должны были начаться после нашего возвращения.
Разбудив чайханщика, который опал в соседней комнате, мы приказали ему помочь нам нагрузить лошадей и ишаков. Чайханщик долго кряхтел одеваясь. Из его комнаты доносился шёпот.
Не успели мы выйти, как Карабек, шедший сзади, сделал прыжок в сторону и моментально исчез в темноте. Через три минуты он появился, таща за шиворот упиравшегося юнца лет десяти, стал кричать на чайханщика.