Над выделкой орудий работали опытные охотники — кто в пещере, кто у своей хижины. Верный глаз нужен и для гарпуна и для изображения спящего буйвола. Пальцы сами знают, как надо держать резец, намечая тяжелое вымя буйволицы на неровной поверхности песчаника. Они знают и то, как нажимать его, чтобы правильно пролег излом кремня, чтобы не было тайных трещин и ломких краев, чтобы вес наконечника соответствовал весу древка, чтобы не было у древка кривизны. Жилы для привязывания рукояти — определенной влажности и толщины. Дерево годится не всякое. Иногда ломкость древка или предательская сухость жил приносит смерть охотнику.
В стороне лежат камни с выдолбленными впадинами. В них желтая, багрово-красная, белая, коричневая краски. В мелких обрезках рогов, точно в чашечках, те же краски для уходящих в далекое странствие, чтобы они могли подновлять украшения, наведенные на тело.
Тут же чаши из камня и из древесного наплыва, долбленные из дуба жбаны и мелкие сосуды для бобрового и рыбьего жира, который брали у соседей с озера.
Рядом набор мелких кремневых орудий для сглаживания камня и рога, для нанесения штриховки, для продалбливания отверстий в костяных иглах, в роговых трещотках, в принесенных издалека раковинах. Груды медвежьих зубов и когтей. Перья, беличьи пушистые хвосты, рысьи уши, желтые Мамонтовы бивни. Тут же полуотделанный кусок кости, из которой художник вырезает голову стремительно бегущего коня с расширенными ноздрями и сердито подобранной верхней губой.
Двое юношей у самого входа прикрепляли кремневые наконечники к прямым, тщательно просушенным дротикам. Когда дротик был кончен, его откладывали в сторону. Опытные мастера испробуют оружие и положат на него метку красною или желтою краской. По метке охотник всегда узнает свою стрелу. Затравленный зверь принадлежит всему племени, но слава меткого удара за охотником.
Старик, с лицом, изрезанным прямыми морщинами, с двумя крупными рубцами на щеке, вертит в руках тяжелый олений рог. Нужна тщательная обработка, чтобы дать гладкую поверхность. Рог редкостный по величине. Опытный глаз ощупывает извилины и выпуклости, чтобы примерить к ним замысел.
Худой пятидесятилетний охотник, с черной бородой, с длинными пальцами, мешает краски. Он — ненадежный резчик. Зато краски, положенные им, ярки, прочны и радостны. Часто бывает, что он, проведя два-три штриха, передает рог резчику. Через несколько месяцев обработанный рог возвращается к художнику: он кладет краски на выточенные по его плану поверхности.
Старик и чернобородый разом бросают работу. Слышны чьи-то торопливые шаги.
Чернобородый говорит: