И вдруг легкое свободное решение — отдать им добычу, сохранив за собой дни свои и свободу — возвратило Косоглазому спокойствие.
Он почтительно подтолкнул стариков к выходу из хижины и твердо сказал: — Берите все.
— Мы уже взяли, — сказал Коренастый. — А теперь мы возьмем тебя самого.
Светловолосые юноши были на стороне Косоглазого. Но противоречить старшим не приходилось. И они отодвинулись к задним рядам толпы, чтобы Старый Крючок, знал их дружбу с Косоглазым, не приказал именно им вязать пленника и вести его к крепкой, обложенной стволами деревьев, нежилой хижине, что стояла невдалеке от пещеры.
Охотник в рысьих мехах мог дерзнуть на большее. Он выступил вперед и, подчеркивая свою почтительность к руководителям племени, сказал:
— Косоглазый юноша не сделал зла племени. Он нашел место, где спят в земле мамонты. Косоглазый покажет путь. Он — смелый охотник, и племени на пользу его смелость. А вам, старейшины, он принес дары, и вы приняли эти дары — я вижу их у вас в руках.
— Он не для нас, а для себя принес, — вразумительно сказал Коренастый. — Он нам ничего не дал, мы взяли сами. Ты видел.
— Он думает, что все может сам! — запальчиво закричал Старый Крючок.
— Мамонтовы бивни найдены негодным человеком и не могут принести удачи племени, — ревниво сказали остальные старики. — Мы запрещаем вам итти за ними. Всякий, кто пойдет по следам этого негодного охотника, окончит жизнь так же, как и он.