Часовой взял ружье. Стрелков закрыл глаза. Нестерпимо чесалась подошва правой ноги.
Он дотянулся губами до какой-то зелени, беззвучно сощипнул ее, словно во сне пожевал и проглотил. Дышать стало легче.
— Этот Лука, видать, старый разбойник, — громко сказал чей-то невидимый голос.
— Лука Рыбин всыплет перцу красноголовикам. Он теперь в Кадинском царь и бог! — проговорил другой голос.
— Па-а Сибири я скитался… — тихонько затянул кто-то пьяным голосом.
Не сводя глаз с часового. Стрелков отцепил от пояса свои гранаты. Кто-то захохотал.
— Щенок, — вдруг заорал первый голос.
— Господа, вы не пьяны…
— Ах, вы так, синьор!..
— Господа…