Вот на тот бугор, где только что занимали оборону мы, выскочили вновь подошедшие немецкие танки. Они постояли минут двадцать на месте, совещаясь по рации со стоявшими на противоположном склоне машинами, и почти одновременно с обеих флангов пошли к лесу, на наш отряд.
Атака их была отбита нашим огнем. Оставив на поле шесть подбитых машин, враги откатились за бугор.
Десять автоматчиков с лейтенантом Найденовым были посланы мною искать дорогу через лес.
К огню фашистских танков присоединился теперь огонь двух крупнокалиберных батарей. Еще четыре раза наши позиции были атакованы, но каждый раз противник отходил, оставляя на поле развороченные и пылающие машины.
Короткий зимний день близился к концу. Уже стемнело, когда вернувшиеся разведчики доложили, что в километре отсюда начиналась далеко уходившая в лес просека. Найденов прошел по ней около трех километров, но она, не прерываясь, шла дальше. На карте здесь не было обозначено ни одной дороги. Считая, очевидно, что мы рано или поздно окажемся в их руках, враги не возобновляли атак.
Наступила ночь. Отряд снялся с места, и танки стали углубляться в лес по узкой, едва различимой лесной тропинке, переходившей скоро в довольно широкую просеку.
Войдя в лес, машины прибавили скорость. Позади нас одна за другой взлетали осветительные ракеты. Фашисты боялись, что мы пойдем на прорыв.
Фары у всех наших танков давно были разбиты, и дорогу приходилось освещать переносной лампочкой перед головной машиной. Остальные шли в абсолютной темноте, следуя друг за другом. Спидометр показывал пройденные пять километров, а выхода из леса все еще не было. Мы могли оказаться в трудном положении, и лес, где просека в любом месте могла прерваться, преградил бы нам дальнейший путь сплошной стеной. Но тревога оказалась напрасной. Проехав еще два километра, танки вышли из леса в поле. Минут сорок машины шли без дороги, по целине, но затем неожиданно выскочили на широкий грейдер, шедший на Прохоровку.
Деревню обошли стороной и, не сбавляя хода, поехали дальше. За ночь нужно было пройти шестьдесят километров очень трудного пути, а затем выйти к передовой.
Шли без остановок. Несмотря на холод, моторы перегревались. Крупные населенные пункты оставляли в стороне. Подойдя ближе к переднему краю, мы уже не сворачивали с дороги, шли напрямую, там, где было необходимо, с хода открывали ураганный огонь по живой силе и технике противника.