— Отдайте мне этот черновик.
— Нет, сударь, я не могу отдать вам его.
— Ну, ну!
И он, улыбаясь, стал отнимать у Перрины бумагу; та сопротивлялась.
— Нет, сударь, нет, я не отдам вам его!
— Да ведь это просто смешно!
— Только не для меня. Господин Вульфран запретил мне показывать кому бы то ни было письмо, и я, не могу и не хочу ослушаться его.
— Я сам его распечатывал.
— Письмо на английском языке, а не перевод.
— Дядя сегодня же покажет мне этот знаменитый перевод.