— Мы принимаем вызов звена высокого урожая колхоза «Рассвет»!
Кровь гулко стучала ей в виски.
— Мы тоже не отстанем, берем на себя… — запальчиво выкрикивал второй оратор.
— Наш колхоз называется «Путь к коммунизму»… Одно название не позволяет пройти мимо такого большого дела!..
Прижимаясь к плечу, восхищенно шептала Машенька:
— Ой, Грунь, какая ты, я и не знала! Нет, ты просто геройская женщина, честное слово!
— Да будет тебе. Маша, — оглядываясь на соседей, говорила Груня.
Щеки ее горели, она то и дело прикладывала к ним ладони, но огонь румянца не унимался. Груня радовалась тому, что взбудоражила людей, что они правильно, всем сердцем поняли ее, и чувствовала бы себя совсем счастливой, если бы не мысль о том, что где-то в зале, сжав зубы, одинокий и недовольный, сидит ее Родион. О чем он думает?
В перерыв она не успела пробраться к мужу: ее сразу же позвали за кулисы. В украшенной зеркалами артистической комнате увидела Новопашина и секретаря крайкома.
— Садитесь, — радушно пригласил ее секретарь крайкома, подавая Груне легкое, плетеное кресло.