— Ты, наверно, пока по заграницам мотался, здорово в языках поднаторел, а? — спросил Ваня. — Я вот взялся недавно за английский, но без учителя трудновато: начну читать — и ровно о пни спотыкаюсь…
Родиону было стыдно признаться, что в Европе он предпочитал объясняться с помощью жестов, в то время как многие его товарищи по части свободно одолевали язык чужой страны.
— Эх, мне бы институт окончить! — Яркин вздохнул. — Но ничего!
Густела над распадком тьма, пахло свежей зеленью, дымом.
— Вот с плугом разделаюсь и стану экстерном готовиться за среднюю школу!
На мосту они остановились, улица делала крутой поворот и расходилась в разные стороны, как две дуги.
— Я еще о чем тебя хотел спросить… — тихо начал Яркин, и Родион, прислонясь к перилам моста, спокойно ждал.
Нет, он не должен скрываться от товарища, когда тот идет к нему с открытой душой. Ваня поймет все и, может быть, подскажет верный выход.
Но парень качнулся к нему и сказал совсем не то, чего ждал Родион:
— Слушай-ка, друг. Поговори с Кланей, а? Что она обо мне думает… Ты как-то с ними лучше умеешь…