— Да-а? Вот удивительно!.. Значит, из каждого бутона подвенечных цветов выросло бы по апельсину, и только?
— И только…
— Ах, зачем вы это мне сказали?.. А я думала, что fleure d'orange — совсем особенное растение, вроде лилии и что оно специально растет, как эмблема юности и невинности. Ведь это жалкая проза: апельсин.
Он продолжал не понимать и смущенно улыбался. Она хлопнула его лежавшим на столе веером и проговорила серьезным тоном:
— Ну-с, что же мы стали бы делать в вашем саду?
— Каждый день гуляли бы…
— А в усадьбе?
— А в усадьбе стали бы жить…
Она засмеялась, запрокинув голову. Он видел ее точеную круглую шею, тяжело подымавшуюся грудь и вздрагивавшие от смеха покатые плечи.
— Гулять в саду… жить… — повторяла она, вытирая набежавшие от смеха на глаза слезы. — Вот вы мне испортили весь грим. Ах, милое дитя!.. Сколько вам лет?