— Ах, моя дочь?
Я поднял глаза. Небо! Что сталось со мной при виде бледной изможденной Люцилы.
Внезапная холодная дрожь овладела силами моей души, упразднила пользование чувствами и связала мои движение.
Я остался неподвижным, как Люцила, в объятиях ее матери.
Граф бросился поддерживать нас, призывая на помощь. Прибежавшие на его крики слуги поместили нас на софу.
Все засуетилось около нас.
В конце нескольких минуть моя душа вышла из этого состояния отчуждения от всего, — силы вернулись, я подошел к Люциле и принялся тереть ей виски спиртом, который держала ее горничная.
Вскоре она полуоткрыла глаза, и я уже силою своих поцелуев закончить дело ее оживления.
Немного спустя я увидел, что она смотрит на меня с нежным видом и тихо улыбается. Внезапно опасение уступили место радости, радости любви. Пламя текло в моей крови.
Мое сердце было в огне, — и в моих нежных восторгах я без устали расточал ей невинные ласки.