Молодой помещик весело рассмеялся.
– Нет, мы сначала будем праздновать помолвку, как этого требуют обычаи и приличие, не так ли, Агнесса?
Он представил невесту, и босоногие ребятишки, разинув рты, уставились на прекрасную невесту в белом платье, оказавшуюся совсем не гордой.
Она тотчас сняла перчатки и помогла Луизе раздавать детям куски пирога, а жених, взяв огромную связку ключей, принес из погреба несколько бутылок вина.
Каждому из детей дали по стаканчику рейнвейна, потом помещик высыпал перед невестой горсть серебряных монет, которые она раздала веселым ребятишкам.
Госпожа Грибель, задумчиво отпивая маленькими глотками золотистое вино, не сводила умных, проницательных глаз с невесты. Очень уж загорелыми казались эти проворные ручки в белых муслиновых рукавах…
На шее, под кружевами, блестела круглая золотая вещица, а прекрасное лицо… ба! Да разве не про него она недавно выразилась, сказав, что такие лица не часто встретишь!…
Но она ничего не сказала, в душе согласившись с Маркусом, что он действительно нашел себе сокровище, как он сам вчера сказал. Грибель полагала, что он, в самом деле, счастливец, и не ошибся выбором…
Когда маленькие лакомки удалились, Агнесса пожелала видеть комнату с балконом, и жених повел ее туда.
Грибель вошла вместе с ними и, указывая на портрет покойной жены главного лесничего, таинственно заметила: