Молодой человек с отчаянием взъерошил свои курчавые волосы.
– Да, Фриц, как ни стерегли мы дом, какой-то коммивояжер все же пробрался и оставил два ящичка прекрасных сигар. Они почти все уже выкурены, потом получен счет и письмо с напоминанием, что если не будет уплачено вовремя по счету, он подаст в суд.
– Боже мой, я терпелив, но всему есть границы! И меня душит злоба, когда я вижу такую беспечность, словно мешок еще полон, как бывало прежде!
Грустная усмешка скользнула по губам девушки.
– Мы не в силах этого изменить, Фриц! Вы занимаетесь естественными науками в свободное время и должны знать, что вода не может течь в гору!… Привычки и склонности не изменяются под старость…
– Но у этого старика безбожное легкомыслие! – негодующе заметил Фриц.
– Не нам судить его! – возразила девушка. – Возьмите это кружево, оно дорогое, это старинные кружева! Меня уверяли, что они стоят не меньше двадцати талеров, но от Боруха Менделя мы не получим, конечно, больше половины этой цены.
– Да возьмет ли он еще? – сказал Фриц, пожимая плечами и бросая недоверчивый взгляд на неказистую вещь. – Положим, он охотно купил два шелковых платья и шаль, но это… Боюсь, что он только рассмеется надо мной… лучше бы отнести ему пару серебряных ложек…
– Последние? – живо перебила его девушка. – Нет, нет! Неужели вы думаете, что я могу подать ей оловянную ложку? Этого никогда не будет, пока я в состоянии работать! Вам этого не понять, Фриц, – прибавила она более спокойно. Сложив кружево, она подала ему. – Ступайте к Боруху и будьте уверены, он знает толк в кружевах как и в золоте… Но будет ли у вас завтра время или у вас, может быть, есть дело в городе?
– Не волнуйтесь, я все сделаю, ведь вы знаете…