Сначала, когда Трухин заговорил о Деревцове, все насторожились, потом на лицах стали появляться улыбки, а под конец раздался взрыв хохота.
За каждым словом, произнесённым Трухиным без тени насмешки, крестьяне видели такой скрытый смысл, что все невольно развеселились. А сам Деревцов покраснел, как морковь, и так крякнул, что сидевший рядом с ним Денис Толстоногов подскочил. Ему показалось, что это он сам крякнул и выдал свои волнения. Ведь вот сейчас Трухин стеганёт и его за то же самое.
Но в это время с места вскочил комсомолец-кореец и стал торопливо рассказывать, у кого из корейских богатеев ещё не вскрыт спрятанный в ямах хлеб.
— Мы отчего прятать-то стали? — заговорил после корейца русский крестьянин. — Покуда хлеб в амбаре лежит, все вроде бы на виду. Заскочил кто — вот он, пожалуйста! Тот же уполномоченный, который до вас был. С леворвер-том. Заскочит: „Ага, хлеб! Выгребай! Вези!“ А не разберётся, — может, он у меня для Семёнов..
— Ясно, понятно! — кричали этому мужику.
— Вы чего кричите „понятно“! — шлёпнув себя по лысине, вскочил где-то в середине набившихся в фанзу людей Иван Спиридонович. — Кто кричит, а кто и молчит. Вон поглядите на Дениску, на нашего любезного председателя, спросите его, почему он молчит… Ты почему не говоришь народу, как пшеничку-то спрятал?! Эй, Дениска! — Иван Спиридонович не находил слов для теснившихся в его груди чувств. — Председатель! А в сельсовете кто у нас? — вскричал он. — Кто у нас в сельсовете? Говорили про уполномоченного. Да при чём тут уполномоченный, когда у нас в совете неизвестно какой народ. Вношу фактическое предложение: переизбрать! Дениску, может, и оставить, а остальных по шапке! Я кончил!
Трухину оставалось только поддержать предложение Ивана Спиридоновича.
Когда собрание закончилось, Трухин и Сергей вышли из фанзы вместе со всеми. Большая группа мужиков — русских и корейцев — провожала их до самого дома. Мужики шли весело, шутили. Илья Максимович Деревцов беззлобно спрашивал Трухина:
— Ты, Степан, как узнал, что у меня во второй яме пятьдесят пудов? Тебе кто сказал?
— Народ.