— Ну, голосовать, что ли? Кто за то?
Но никто из мужиков не поднимает рук… Только президиум…
— Ах вы идолы! Что ж, опять агитировать?!
— А нам не к спеху…
И всё сначала… Ларион встаёт и начинает читать список вступивших в артель прежде и на этом собрании.
— Полозков? А нам не надо Полозкова! — кричит потный, красный Перфил. — Меня подкулачным обзывал, а сам, как в артель вступал, корову-то подкулачил да на базар свёз… А шкура на поветях гниёт!
— Товарищи, Ефим честно трудится у нас в артели. Вот, бабы, скажите — он вам помогал на скотном дворе!
— Я сам скажу, — медленно поднимается с места Ефим. — Действительно, верно, — говорит он, трудно подыскивая слова, — корову-то я забил. Да ведь она была яловая… А я был тогда не в сознательности. А теперь-то я сознал…
— Чего же ты сознал?
— Погодите, не мешайте человеку! По совести говорит!