Стоило затем Николаю Федоровичу перейти на службу, уже под старость лет, в Архив Мин<истерства> иностр<анных> дел, как и тут создался проект общего дела. Он смотрел на этот Архив как на собрание всех свидетельств общения народов. Не будем излагать в подробностях по недостатку места этот проект. Отметим лишь, что новый проект Федорова имел много общего с выдвигаемой в настоящее время идеей "мира всего мира".

Так осуществлял седой идеалист в своей жизни или, вернее, пытался осуществлять идею общего дела, -- идеалист без семьи, без всяких средств, умерший в 1903 г. в городской Мариинской больнице, окруженный лишь несколькими почитателями его светлого ума и доброго сердца. И наша так называемая либеральная печать не отметила его кончины, не почтила его памяти: слишком далек был от нее этот русский идеалист. Тем с большей благодарностью останавливаемся мы на одном из его почитателей -- В. А. Кожевникове, старательно собравшем все статьи и заметки и письма Федорова, создавшем в своем труде памятник ему (Николай Федорович Федоров. Опыт изложения его учения по изданным и неизданным произведениям, переписке и личным беседам. Москва, 1908 г.). Кроме этой солидной монографии имеется издание личных трудов философа (Н. Ф. Федоров. Философия общего дела. Статьи, мысли и письма его, издан<ные> под ред<акцией> В. А. Кожевникова и Н. П. Петерсона. Том I. Верный. 1907 г.). Мы должны быть благодарными авторам этих трудов, что для нас не пропали эти светлые мысли. В настоящее время готовится к печати еще II том собрания сочин<ений> Федорова. К сожалению, скажем -- до сих пор все эти труды издавались "не для продажи".

Кратко описав жизнь Федорова, перейдем теперь к более подробному изложению его учения.

Итак, Н. Ф. Федоров выставил принцип дела как единственно спасающий от расхождения философии с жизнью. Это же дело для своей деятельности должно быть всеобщим. Только всеобщее дело, в проведении вековечных истин Евангелия в жизнь, может спасти всех. Изолированность же, отчужденность -- первоначальный грех. Этот грех отчужденности положил свою печать и на все попытки отдельных систематизаторов выдвинуть какой-либо свой принцип, объединяющий все философские системы. Такие попытки объединения не удавались, по крайней мере на Западе. Очевидно, там корень зла лежит очень глубоко. Прежде всего он лежит, по мнению Ник. Фед., в оторванности основы западноевропейской культуры -- католической церкви, -- от Вселенской. А может быть, корень зла уходит еще дальше в глубину веков. Там, в седой древности, отмечает Федоров еще у Сократа отступление от принципа всеобщности. Сократ выставил принцип самосознающей личности, принцип: "познай самого себя!". И со времени Сократа греческая философия становится уделом избранных, замыкается в академии и ученые кружки. Н. Ф. не признавал, даже в пору господствовавшего язычества, необходимости философам замыкаться. Это, по его мнению, уже было изменой общему делу. Пойдем следом за Н. Ф-ем в его разборе истории философии. Он не признавал заслуги замкнувшихся философов сократических школ в подготовке древнего мира к христианству. Последнее было актом Божественной воли и нимало не обязано сократовской философии самопознания личности и самосовершенствования. Все эти стоики, перипатетики были бессильны выдвинуть общую идею. Спасение мира указано было в учении Господа, Который, создав Церковь, передал ей силу всеоживляющей благодати. Дальнейший же процесс человеческой жизни и мысли состоял, к сожалению, лишь в постепенном ужасном дроблении объединенных было сил человечества.

Правда, Н. Ф. очень ценил средневековый период философии и жизни Европы, как попытку создания Единого Града, но в то же время отмечал, что даже в дивную мировую концепцию философии Августина, предтечи и теоретика этого периода, вкралось отчуждение. Ведь Августин, -- с грустью констатировал Н. Ф., -- допустил в своей системе разделение Единого Града на Божий и земной, хотя и предоставил первому преимущество и объединяющее значение. Это разделение выразилось в жизни -- в борьбе пап с императорами, борьбе, погубившей дело христианства на Западе. Так, одна крайность постоянно вызывала другую... и идея общего дела все падала и падала... Отдельные стороны различных, разошедшихся учений Н. Ф. ценил, но постоянно подчеркивал невозможность отдельным этим учениям выдвинуть всеобъединяющую схему.

Так, он ценил эпоху Возрождения за провозглашение свободы человеческого духа от крайностей схоластики Средневековья, но... опять-таки констатировал, что голая свобода личности, провозглашенная в эпоху Возрождения, фатально не могла доставить людям счастья. Эта свобода, лишенная каких-либо определяющих моментов, привела лишь к обожествлению человека со всеми его страстями. В результате же -- конец XV века определился как эпоха крайнего падения нравственности. По своей развращенности эта эпоха не может быть сравниваема ни с какою другой.

Далее, эпоха Реформации, обратившая внимание людей к религии, должна считаться (и была таковой) временем нравственного очищения. Но... опять-таки, ведь и это движение, носившее характерное название Протестантского, несло в самом себе зародыш падения. Протест не может объединить! И вот в результате само протестантское движение стало дробиться и дробиться на бесчисленные секты, страстно враждовавшие меж собой. В конце концов это создало лишь общее пренебрежение к вопросам религии... и так выработался Рационализм.

Рационалистическая философия, философия новой Европы, основоположником своим считает Декарта. И что же мы видим? Какие основы он выдвигает? Да опять те же идеи отчужденности. Декарт своим принципом "cogito -- ergo sum" только подчеркнул сильнее принцип личного бытия и разумения. Теперь отпала еще сохранявшаяся у Августина христианская форма этого принципа (fallor -- ergo sum, т. е. согрешаю -- стало быть, существую).

Так шло дело все дальше и дальше, вплоть до нашего времени. Не будем затруднять изложением мнений Федорова, хотя и очень интересных, относительно всех замечательных философов Запада. Воспользуемся примером его же самого, ценившего особенно радикалов мысли, и перейдем прямо к концу развития западной философии. Здесь стоят многознаменательные фигуры Ницше и Макса Штирнера, с его философией "единственного и его собственности".

Ницше -- этот черный пророк, по выражению Федорова, насмеялся над всеми до него попытками систематизации в философии во имя какого-либо принципа. Он указал, что какое бы мы ни приняли положение, каждое, при дальнейшем развитии приводит к абсурду, и...