Страшней насилия, страданий и гоненья,
Тот враг неуязвим: он -- в сердце у людей;
Он -- всем врожденная способность примиренья!
(Надсон)
"Сим победиши!" -- говорил наш мыслитель, а именно -- усилением и развитием братских чувств.
Это же является и главным врачующим средством и при решении вопросов экономических, столь остро стоящих в современном капиталистическом обществе и становящихся все более острыми. И вот, переходя к предлагаемым нашим мыслителем решениям экономической проблемы, мы прежде всего, как делали это и прежде, обратимся и посмотрим, как сам он для себя решал эти вопросы. Вспомним его пенсию в 17 р. 51 коп. и отметим, что он, при всех своих старческих немощах, находил возможным раздавать большую часть этой пенсии, -- и при этом говаривал: "Как ни трать деньги, -- они все еще остаются, проклятые!" Он ограничил свои потребности самым необходимейшим... и оказался богачом. Правда, отметим, у него не было ни постоянного жилища, ни постоянного стола, ни матраца, ни подушки; его одежда были лохмотья. И вот тем не менее он считал возможным, со своего нищенского положения, глядеть точно сверху вниз на неустанно мечущееся в погоне за золотом человечество и повторять, наполовину с презрением, наполовину с сожалением, слова гетевской Гретхен:
Zum Golde drДngt, am Golde hДngt doch alles!
Ach, vir Armen!.. [Буквальный перевод цитаты из "Фауста" Гете (слова Маргариты в сцене "Вечер" I части поэмы): "Ведь все на золоте держится и к золоту стремится! Ах, мы бедные!"]
Таким образом, и решение экономической проблемы тесно связано с общими взглядами Федорова. Все может быть решено лишь всеми же, общей любовью и очищением внутренним самой личности. Нельзя проповедовать классовую рознь. Это является лишь дальнейшим шагом ужасного "отчуждения". Социализм -- лишь оборотная сторона капитализма. Это лишь новая борьба, новая трата сил человечества -- и неизбежно с печальным результатом. Ведь и накопление богатства и даже достижение просто довольства "ни у кого не устранило ни унылой мертвящей скуки, ни страха возможной нищеты... ни страха будущей жизни". "И через золото льются слезы!" -- повторял он народную пословицу. И нельзя никоим образом смешивать евангельскую проповедь с социалистическою; нельзя видеть в Христе социального реформатора. "Для Христа бедность настолько же не зло, насколько и богатство -- не благо", -- говорил он. Он хвалил совет одного из американских университетов, отказавшийся принять богатейший дар на просвещение от Карнеги, от миллиардера, уверенного во всесилии его миллионов преобразовать и просветить мир, от миллиардера, написавшего книгу "Евангелие богатства" с прославлением золота и его силы [Об идеях Э. Карнеги, выраженных в книге "L'Evangile de le Richesse" (Paris, 1891), Кожевников специально писал в своей работе о Федорове (Кожевников, 165-166, 171). Высказывания Федорова о Карнеги (Карнеджи, в огласовке мыслителя), см.: Федоров. III, 437, 519; IV, 443, 498).].
Но конечно, во всех этих оценках Ф<едоров>ым материальных благ не надо видеть его презрения к ним. Нет!.. ведь философ-проповедник "общего дела" был вместе с тем одним из первых, призывавших именно к практической работе всю интеллигенцию... он звал ведь войти именно в жизнь, в практику -- стало быть, и, между прочим, для создания тех же материальных благ.