Валя с завистью смотрела на брата. Да и Надя охотно бы покучерила. Но она, как старшая, молча сидела, спустив ноги за край телеги. Перед ней мелькали поля, небольшие деревни, густые леса. Их темная синева уходила далеко. Иногда среди леса показывалось хлебное поле. Оно, как на тарелке, лежало между высоких елей.
Лошадка пробежала по мосту, четко отбивая копытами. Местность опять становилась холмистой. Они медленно взбирались на горушки и быстро неслись под гору. Истомленные жарой и тряской, ребята заснули. Прикорнула и мать…
Она проснулась от слов деда:
— Приехали! Вот правление колхоза…
Мать слезла с телеги. Стряхнула сено, приставшее к платью. Поправила волосы и поднялась на ступеньки крыльца.
Председатель ждал эвакуированных. Семья Платоновых прибыла первой. Дарье Васильевне предложили выбрать помещение самой. Они обошли несколько изб. Небольшой домик на окраине деревни понравился матери. Да и Надя стала просить:
— Здесь совсем, как у нас! Цветы в палисаднике и березы у самого дома…
Хозяйка домика жила в одной комнате вместе с дочерью, ослепшей в детстве. Вторая половина избы стояла пустая. Здесь и поселились Платоновы.
Ребята на новом месте чувствовали себя прекрасно. Им нравилась большая светлая комната с русской печью в углу.
Вечером, уложив детей, мать заговорила с Надей, как со взрослой: