— Я все гляжу на тебя… Ровно Надя?..
Девушка вздрогнула: человеческий голос среди развалин!
— Смотришь, что от дома осталось?..
Надя с трудом узнала в постаревшей женщине тетю Феню. А та продолжала:
— Не признаешь? Мы-то в землю идем. Вы растете. Видишь, какие цветы здесь расцвели!.. Ты не тужи! Дом новый поставишь лучше прежнего… Строить приехала? Жива ли мать? А отец где?
Соседка расспрашивала и сама рассказывала.
— Нас уже много вернулось. Одни в своих домах живут, а погорельцы — в землянках. Поля засеяли. Понятно, не везде сразу. А строиться, конечно, будем. Материалы собираем. Встанет колхоз. Ты не горюй. Отец вернется. Опять председателем будет. Пойдем ко мне в землянку, чайком напою.
Надя только теперь заметила, что уже поздно. Ночные сумерки скрыли одиноко торчащие трубы. Едва слышно шумели деревья, и острее стал запах цветов.
«Уйти бы отсюда, и подальше!..»
Надя сделала несколько шагов, споткнулась и чуть не упала. Колхозница помогла ей идти, ласково говоря: