- Ну вот и ладно. Оттоль, значит, верст с восемь до зимняка-то останется,молвил Патап Максимыч и послал работников отвязывать волочки.
- Верст восемь, может, и десять, а пожалуй, и больше наберется,- отвечал дядя Онуфрий.- Какие здесь версты! Дороги не меряны: где мужик по первопутке проехал - тут на всю зиму и дорога.
- А как нам расставанье придет, вы уж, братцы, кто-нибудь проводите нас до зимняка-то,- сказал Патап Максимыч.
- На этом не погневись, господин купец. По нашим порядкам этого нельзя потому артель,- сказал дядя Онуфрий.
- Что ж артель?.. Отчего нельзя? - с недоумением спросил Патап Максимыч.
- Да как же?.. Поедет который с тобой, кто за него работать станет?.. Тем артель и крепка, что у всех работа вровень держится, один перед другим ни на макову росинку не должен переделать аль недоделать... А как ты говоришь, чтоб из артели кого в вожатые дать, того никоим образом нельзя... Тот же прогул выйдет, а у нас прогулов нет, так и сговариваемся на суйме ( Суйм, или суем (однородно со словами сонм и сейм),- мирской сход, совещанье о делах.), чтоб прогулов во всю зиму не было.
- Да мы заплатим что следует,- сказал Патап Максимыч.
- А кому заплатишь-то?.. Платить-то некому!..- отвечал дядя Онуфрий.Разве возможно артельному леснику с чужанина хоть малость какую принять?.. Разве артель спустит ему хошь одну копейку взять со стороны?.. Да вот я старшой у них, "хозяин" называюсь, а возьми-ка я с вашего степенства хоть медну полушку, ребята не поглядят, что я у них голова, что борода у меня седа, разложат да таку вспарку зададут, что и-и... У нас на это строго.
- Мы всей артели заплатим,- сказалПатап Максимыч.
- Это уж не мое дело, с артелью толкуй. Как она захочет, так и прикажет, я тут ни при чем,- ответил дядя Онуфрий.