- Коли так, сбирай артель, потолкуем,- молвил Патап Максимыч.
- Скликнуть артель не мудрое дело, только не знаю, как это сделать, потому что такого дела у нас николи не бывало. Боле тридцати годов с топором хожу, а никогда того не бывало, чтоб из артели кого на сторону брали,- рассуждал дядя Онуфрий.
- Да ты только позови, может, сойдемся как-нибудь,- сказал Патап Максимыч.
- Позвать отчего не позвать! Позову - это можно,- говорил дядя Онуфрий,только у нас николи так не водилось...- И, обратясь к Петряю, все еще перемывавшему в грязной воде чашки и ложки, сказал: - Кликни ребят, Петряюшка, все, мол, идите до единого. Артель собралась. Спросила дядю Онуфрия, зачем звал; тот не отвечал, а молча показал на Патапа Максимыча.
- Что требуется, господин купец?..- спросили лесники, оглядывая его с недоумением.
- Да видите ли, братцы, хочу я просить вашу артель дать нам проводника до Ялокшинского зимняка,- начал Патап Максимыч.
Артель загалдела, а Захар даже захохотал, глядя прямо в глаза Патапу Максимычу. - В уме ль ты, ваше степенство?.. Как же возможно из артели работника брать?.. Где это слыхано?.. Да кто пойдет провожать тебя?.. Никто не пойдет... Эк что вздумал!.. Чудак же ты, право, господин купец!..- кричали лесники, перебивая друг дружку. Насилу втолковал им Патап Максимыч, что артели ущерба не будет, что он заплатит цену работы за весь день.
- Да как ты учтешь, чего стоит работа в день?.. Этого учесть нельзя,говорили лесники.
- Как не учесть, учтем,- сказал Патап Максимыч.- Сколько вас в артели-то?
- Одиннадцать человек, Петряй двенадцатый.