- Да полно тебе тростить!.. Плюнь!.. Такие ли дни теперь! - уговаривал раскипятившуюся жену Патап Максимыч.- Лучше совет советуй... Как твои мысли насчет Настасьи?..
- Как сам знаешь, Максимыч!.. Ты в дому голова,- глубоко вздохнув, промолвила Аксинья Захаровна.
- Тебе-то Алексей по мысли ли будет?..- спрашивал он. - Не все ль едино по мысли он мне али нет? - опуская голову, молвила Аксинья Захаровна.- Не мне с ним жить. Настасью спроси.
- И спрошу,- сказал Патап Максимыч.- Я было так думал - утре, как христосоваться станем, огорошить бы их: "Целуйтесь, мол, и во славу Христову и всласть - вы, мол, жених с невестой...". Да к отцу Алексей-от выпросился. Нельзя не пустить.
- Настасью бы вперед спросить...- молвила Аксинья Захаровна.- Не станет перечить, значит божья судьба... Тогда бы и дохнуть с кем-нибудь потихоньку Трифону Лохматому - сватов бы засылал. Без того как свадьбу играть?.. Не по чину выйдет...
- А ты по какому чину шла за меня? - с усмешкой молвил Патап Максимыч.Свадьбы-то уходом кем уложены?.. Я Алексею заганул загадку - поймет...
- Что еще такое? - спросила Аксинья Захаровна.
- Так, малехонько, обиняком ему молвил: "Большое, мол, дело хотел тебе завтра сказать, да видно, мол, надо повременить... Ахнешь, говорю, с радости..." Двести целковых подарил на праздник - смекнет...
- По моему разуму, не след бы ему, батька, допрежь поры говорить,возразила Аксинья Захаровна.
- С твое не знаю, что ль?.. Рылом не вышла учить меня,- вспыхнул Патап Максимыч.- Ступай!.. Для праздника браниться не хочу!.. Что стала?.. Подь, говорю,- спокойся!..