- Как прежде бывало? - спросила Манефа.
- Всяко бывало, матушка,- отвечала уставщица.- Служили с полиелеем, служили и рядовую. В уставе сказано: "Аще велит настоятель".
- Так служи, мать Аркадия, рядовую,- решила игуменья.
- Послезавтра надо еще полиелей справлять и службы с величаньем трем святителям. А у нас и без того свечей-то, кажись, не ахти много?
- За Пасху, матушка, хватит, а к лету надо будет новых доспеть, - отвечала казначея.
- То-то же,- примолвила игуменья,- поберегать свечи-то надо. Великий пост на дворе, службы большие, длинные, опять же стоянья со свечами.
- А насчет ветчины-то как же, матушка, прикажете? - спросила казначея.
- Собакам выкинуть аль назад отослать? Сиротам бы мирским подать - да молва про обитель пойдет.
- Спрячь подальше, соблазну бы не было,- сказала игуменья. - Не погань пригодится: исправник приедет, али кто из чиновников - сопрут... Устинья Московка приехала?
- Приехала, матушка, в ту пятницу прибыла,- ответила казначея.- Расчет во всем подала как следует - сто восемьдесят привезла, за негасимую должны оставались. Да гостинцу вам, матушка, Силантьевы с нею прислали: шубку беличью, камлоту на ряску, ладану росного пять фунтов с походом, да масла бутыль, фунтов, должно быть, пятнадцать вытянет. Завтра обо всем подробно доложу, а теперь не пора ли вам и покою дать? Устали, чай, с дороги-то?