- Полны сундуки,- ответила Фленушка.- А какие платья-то, посмотрела бы ты, Марьюшка. Одно другого пригляднее. И по будням в шелку ходят. Отродясь не видала я нарядов таких: сережки бриллиантовые, запонки так и горят огнями самоцветными. Параша что! На нее, как на пень, что ни напяль, все кувалдой смотрит. А уж Настя! Надо чести приписать, разрядится - просто королева. В именины-то, знаешь, у них столы народу ставили, ста два человек кормились: день-от был ясный да теплый, столы-то супротив дома по улице стояли. Вот тут посмотрела бы ты на ихние наряды, как с родителями да с гостями они вышли народ угощать.
- В чем Настенька-то была? - спросила головщица.
- Был на ней сарафан шелковый голубой, с золотым кружевом,- рассказывала Фленушка, - рукава кисейные, передник батистовый, голубой синелью расшитый, на голове невысокая повязка с жемчугами. А как выходить на улицу, на плечи шубейку накинула алого бархата, на куньем меху, с собольей опушкой. Смотреть загляденье!
- Хоть бы глазком взглянула! - сказала, вздохнув, Марьюшка.
- А вот погоди, к нам в гости приедут, увидишь,- молвила Фленушка.
- Где увидать? - покачав головой, ответила головщица. - Разве в скиту в таком уборе ходят девицы?
- А может статься, и в миру увидишь ее.- прищурившись и зорко глядя на головщицу, сказала Фленушка.
- Где уж нам, Флена Васильевна, мирские радости видеть!..- с горьким чувством, вздохнув, молвила Марьюшка.- Хорошо им при богатых родителях, а у нашей сестры что в миру? Беднота, пить-есть нечего, тут не до веселья. И то денно и нощно бога благодаришь, что матушка Манефа призрела меня, сироту. По крайности не голодаешь, как собака. А и то сказать, Флена Васильевна, разве легко мне у матушки-то жить: чужой-от ведь обед, хоть сладок, да не спор, чужие-то хлеба живут приедчивы. Мед чужой и тот горек, Фленушка.
- Ну, разрюмилась, что радуница,- подхватила Фленушка.- нечего хныкать, радость во времени живет, и на нашу долю когда-нибудь счастливый часок выпадет... Из Саратова нет ли вестей?- спросила Фленушка, лукаво улыбаясь.Семенушка не пишет ли?..
- А ну, пес его дери! - с досадой ответила Марьюшка.- Забыла об нем и думать-то.