— А чей дом?
— Не знаю.
— Отставного генерала Александра Павловича Романова. Я ведь скоро в отставку.
— Не рано ли будет, ваше величество?
— Что за рано, помилуй: двадцать пять лет службы, — и солдату за этот срок отставку дают. Выходи-ка и ты, брат, будешь у меня библиотекарем…
Говорили спокойно, весело; но почему-то от этого спокойствия государыне опять стало страшно: чувствовала, как вода все уходит и уходит из стакана с трещиной.
Виллие посмотрел на часы и заметил, что государю ложиться пора.
— Так я и знал, что погонишь. А мне здесь так хорошо. Ну, ладно, сейчас, — только вот простимся.
Виллие с Волконским вышли.
— Ну что, Lise, успокоились? — сказал государь, вставая.