— Что вы делаете, капитан! — воскликнул какой-то стрелок. — Доктор сказал, что он умрет от первого глотка.
— Ну, так что ж, но крайней мере перед смертью он получит маленькое удовольствие. Получай, храбрец! Жаль, что не могу дать вина получше.
— Вы любезный человек, капитал Дитрих, — сказал Жорж, выпив вина. Затем, протягивая флягу своему соседу, добавил: — А ты, бедняга Бевиль, хочешь последовать моему примеру?
Но Бевиль покачал головой и не ответил.
— Ах, — закричал Жорж, — новая пытка, неужели не дадут умереть спокойно!
Он увидел, как к нему приближается пастор, таща подмышкой библию.
— Сын мой, — начал пастор, — раз вы сейчас…
— Довольно, довольно! Знаю все, что вы можете сказать. Но это потерянный труд. Я — католик.
— Католик? — закричал Бевиль. — Значит, ты не атеист?
— Но было время, — продолжал пастор, — когда вы были воспитаны в законах реформатской религии, и в этот торжественный, страшный час, когда вы готовитесь предстать перед верховным судьей поступков и совестей…