— Как же ты, Петенька, живешь?
— Хорошо, мама, спасибо…
— Похудел, длинный какой стал…
— Растет парень, — сказал Иван Андреевич. — Я говорил, не приставай с мелочами. У нас, Петр, новость: электростанцию будем строить. Как раз в том месте, где мы с тобой раков ловили.
— С тобой построишь, — сердито сказала Екатерина Степановна. — Его послали в Москву по делам, а он здесь до вечера проболтает.
— Позволь, — растерялся Иван Андреевич, — ты же сама просила прямо с поезда к сыну зайти…
— Ну, просила. Повидался, а теперь иди по делам. А то я людям скажу, как ты исполняешь их поручения.
Иван Андреевич помигал удивленно глазами, посмотрел на сына, ища поддержки, и, наскоро попрощавшись, ушел, строго наказав, чтобы без него никуда не уходили.
— Ну, вот так-то лучше, — улыбнулась ему вслед мать. — А то он слова сказать не даст. На него надо всегда нажимать по общественной линии, он тогда послушный.
Петя рассмеялся, хотя ему и жалко было, что отец уходит. Отец у него только с виду строг. А страсть к назиданиям появилась у него с тех пор, как его выбрали в правление колхоза.