— Он принял бы вас, если бы вы вернулись к нему и раскаялись. Особенно, если бы вы бросили вот это, — он выразительно постучал пальцем по бутылке виски, стоявшей на столе. — Если бы вы научились бережно относиться к деньгам, если бы… Одним словом, вы перестали пить и играть.
— У меня сейчас тяжелое время, Бардвел. Не прогоняйте меня от себя. Глядя на вас, я вспоминаю мою дорогую жену.
— Вы свели в могилу мою дорогую красавицу, мое единственное сокровище! Право, мне не за что вас любить, сам не понимаю, почему разрешил я вам находиться в этом доме.
— Я уеду, не сомневайтесь. Уеду на другой край земли, когда будущее моей Дороти будет обеспечено, — пообещал Сезиджер. — Я не хочу, чтобы она лишилась возможности стать богатой. Но я должен повидать ее.
— Вот что я скажу вам, — снова заговорил Бардвел. — В Сторме меня никто не знает. Завтра же я отправляюсь туда и попрошу о встрече с лордом. Кстати, и повод есть: здесь, в Хоуме, давно пора перекрыть крышу. Конечно, старый Сезиджер отошлет меня к своему управляющему, Хэзелтону. Но прежде я, может быть, успею встретиться с хозяином усадьбы и, возможно, с этим нашим прелестным цветочком. А потом вернусь и расскажу вам, как она выглядит.
— О, Бардвел! — Сезиджер обрадовался и разволновался так, будто ему самому завтра предстояло свидание с дочерью. — Если бы вам удалось немножко поговорить с ней! Она такая хитрая малышка, у нее есть дар привлекать к себе сердца. Я думаю, она уже очаровала всех в Сторме и вьет из них веревки своими маленькими ручками. Если бы вы только узнали, как она себя чувствует, как выглядит, помнит ли обо мне, думает ли о своей дорогой маме!
— Я все это узнаю. Завтра же поеду туда верхом. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
— Только смотрите не проговоритесь, что у вас кто-то живет. Главное, не вздумайте заговорить с моей сестрой Доротеей, потому что она будет не в состоянии скрыть своего волнения, если только узнает ваше имя. У нее все чувства написаны на лице. Бедная Доротея совсем не умеет управлять собой.
— Бог с вами! Ведь я поеду в Сторм не для того, чтобы навредить вашим планам. Я хочу помочь. Не бойтесь, от меня вам не будет никакого вреда.
— Но я хочу увидеть дочь своими глазами, — сказал Сезиджер.