— Ну, — сказал старик, — тебе, Доротея, полезно время от времени удивляться. Ты ужасно постарела; ты состарилась раньше времени. А это нехорошо.
И вдруг он прибавил совсем другим тоном:
— В чем дело, дитя?
Перемена интонации и быстрое движение старика так поразили Доротею, что она чуть не свалилась со стула. Обернувшись, она увидела, что дверь гостиной отворилась и маленькая тоненькая фигурка в длинной ночной рубашке переступила через порог и мелкими шагами вошла в комнату. Черные волосы падали на плечи девочки, щеки ярко горели, темные глаза были широко раскрыты и смотрели живым, веселым взглядом.
— Я не могу заснуть, — сообщила она.
— Сейчас же иди в постель, Дороти.
— Я не могу заснуть, дедуля, мне нужно посидеть у тебя на коленях.
И едва выговорив эти слова, она быстро вскарабкалась на колени старика.
— Вот теперь мне совсем хорошо, — девочка смотрела в глаза деда нежным, лукавым взглядом. — Ах, как я люблю тебя, дедушка, — прибавила она. — Знаешь, мое сердечко раскрылось, и я могу посадить тебя в него. Я так люблю тебя!
— Но, отец, если ты хочешь… — начала было Доротея.