6. ВОПРОС О „ПРОГРАММАХ" СПАРТАКА И КРИКСА
Нам остаётся теперь поставить последний, ещё почти совершенно не выясненный в науке вопрос — о «программе» спартаковского освободительного движения. Приходится ещё раз указать, что при скудости источников по этому вопросу трудно прийти к какому-нибудь категорическому суждению. Поэтому сейчас приходится только ограничиться постановкой вопроса с целью дальнейшего его изучения. Буржуазная наука не могла разрешить этот вопрос, ибо буржуазные учёные его сознательно обходили. Между тем источники при всей бедности своей дают всё же некоторый материал для разрешения вопроса о наличии определённой программы у Спартака. Советские историки заинтересованы в том, чтобы этот вопрос правильно понять и правдиво разрешить.
Наше внимание должно быть прежде всего обращено на то обстоятельство, что-древние авторы — и Аппиан и Плутарх — говорят, что заговор Спартака, в котором вначале участвовало несколько сот рабов, безусловно намечал широкий план освобождения от рабства. «Спартак, — говорит Аппиан, — убедил своих товарищей выступить и скорее подвергнуться опасности за свободу, чем для утехи публики на гладиаторских зрелищах».
Конные состязания.
Спартак — свободный по происхождению фракиец — не мог примириться со своим рабским положением. Что он не раз пытался освободиться и убежать от своих владельцев, прежде чем попал в гладиаторы, видно из того места у Плутарха, где говорится, что Спартак сначала был привезён в Рим и в первый раз продавался в рабство именно там. Кроме того, в источниках есть сведения, что Спартак был незаконно продан в гладиаторы. А так как гладиаторство было тяжёлым наказанием за большие преступления, то можно полагать, что именно систематическое бегство Спартака от своих владельцев и привело к тому, что он был отдан в гладиаторы. Вполне естественно, что после безуспешных попыток бегства, предпринятых в одиночку, у Спартака мог созреть план общего выступления рабов.
Сбросив цепи рабства, Спартак организовал массовое движение рабов. И когда в 73 г. восстание рабов охватило почти всю южную Италию, движение за освобождение вступило в новую стадию. Теперь, в сущности, вопрос стоял не столько о новой вербовке рабов в стан восставших, сколько о закреплении уже завоёванной свободы и обеспечении её в дальнейшем. Спартак даже отказывался от чрезмерного увеличения своей армии, выбирая более надёжных, главным образом из числа рабов, а не из перебежчиков и крестьян.
Дальнейшая борьба за свободу требовала выработки твёрдого плана действий. В связи с этим и возникли разногласия внутри штаба восстания, на которые определённо указывают источники. Обратимся к древним источникам, повествующим о спартаковском освободительном движении. Что они говорят по вопросу о разногласиях?
В одном дошедшем до нас фрагменте (отрывке) Саллюстий указывает, что в 73 г., в переломный момент восстания и борьбы с Варинием, Спартак, удвоив свою армию, предложил план похода на север, отказываясь от нападения на Вариния. Крикс же, возглавлявший «германо-галльскую» часть войск, стоял за то, чтобы двинуться навстречу и вступить с ним в бой. Разногласия не были ликвидированы даже после того, как Спартак и Крикс решили совместно выступить против Вариния. Вариний был разбит, но разногласия приняли ещё более острый характер. В то время как Спартак, по сообщению Плутарха, двинулся весной следующего года на север, Крикс отделился от Спартака и стал заниматься экспроприациями в южной Италии.
