- И молчали до сих пор! Экий вы, Захар Митрич! - с упреком сказал учитель. - Да это же ребятам всякой сказки дороже.
- Опасался, Андрей Иваныч: а вдруг залежались зернышки, никакой жизни в них не сохранилось. Зачем же раньше срока людей в искушение вводить!
Легкий ветерок ворвался на участок, пробежал над посевами, и они зашуршали колосьями, словно хотели сказать: «А мы живем, живем».
А вот теперь дело ясное: здравствует пшеничка, заколосилась, зацвела. Скоро и урожай собирать будем.
Глава 25
ЛАПТА
Нарезав по большой охапке гибких, молодых прутьев, Санькина компания выбралась из зарослей ракитника и пошла домой. Санька уныло плелся позади всех. Все ему было не по душе в этот день: и плотные, серые облака на небе, то и дело моросящие дождем, и бестолковый крик галок над полями, и Петькино нытье о том, что нет ему больше никакого расчета плести корзины, раз продают они их за бесценок.
- Отвяжись ты со своими корзинами! - обругал его Санька. - Надоели они мне.
- Вот и я говорю - расчета нет, - сказал Петька. - Тебя моя мать просила зайти.
- Зачем это?