С тех пор как Элшка узнала, чего добивается управляющий, он не услышал от нее ни одного приветливого слова и не увидел ни одного ласкового взгляда. Кто бы только мог подумать, что добрая и со всеми ласковая Элшка умеет так резко отвечать и так сердито смотреть. Каждый раз, когда управляющий шел в дом священника, он слышал на площади или где-нибудь у плетня насмешливые песенки, которые, казалось, нарочно были о нем сложены и для него распевались. Но он примирился со всем этим. Однако, встретив однажды Бару, которая ни с того ни с сего пропела ему прямо в лицо:
Колченогий и спесивый,
Ловкий карлик, ну и ну!
Стал меж девушек красивых
Выбирать себе жену,—
он так надулся от злости, что нос у него побагровел, как у индюка, увидевшего перед собой красное. Но и это ни к чему не привело: управляющий вытерпел уже столько всякой ругани и издевок, что перенес и насмешливую песенку девушки, подумав: «Ну, подожди же, девка, дай только жениться на Элшке и получить ее приданое,— тогда я всем нос утру».
Но управляющий, видно, забыл, что даже в Глупове[9] разбойника сначала ловят, а потом уж вешают.
Однажды утром разнесся слух о том, что в деревне появилось привидение; рассказывали, что будто бы минувшей ночью белая женская фигура вышла из церковного леса и направилась к деревне, здесь она прошла по деревенской площади, потом свернула на луг и исчезла где-то у кладбища.
Жена церковного служителя слегла, потому что, как говорили, фигура, проходя мимо, постучала к ним в окно, и когда Влчек подошел посмотреть, недоумевая, кто бы это мог быть, то ясно увидел белую фигуру, у которой вместо головы был череп. Она осклабилась и погрозила ему пальцем. Удивительно, как Влчек не заболел, но его жена была уверена, что за ней приходила смерть и что она умрет за день до истечения года.
Ночной сторож тоже божился, что привидение действительно являлось и вышло оно из церковного леса.