Элшка тоже рассмеялась над своим вопросом, но через минуту опять спросила подругу:
— Так ты правда еще никого не любишь?
— Послушайте, Элшка,— после недолгого размышления сказала Бара.— Прошлой осенью мне не раз случалось одной с Лишаем пасти стадо. У отца болела нога, и он не мог ходить. Пасу я однажды в полдень стадо, вдруг вижу, что Плавка старосты и Бржезина Милостовичей начали бодаться. Оставить их так было нельзя — разъярясь, они бы обломали рога. Я хватаю ведро и бегу к реке, чтобы обдать коров холодной водой. Прежде чем я успела вернуться к стаду, из леса выходит какой-то охотник и, увидав бодающихся коров, хочет их разогнать. «Уходите скорей подальше, уходите!..— кричу я ему.— Я их сама разгоню, уходите, пока вас бык не увидел! Он очень злой». Охотник обернулся, а тут бык на него уставился. К счастью, коровы сразу разбежались, как только я их окатила водой, иначе бы охотнику пришлось худо. Мне стоило большого труда удержать и успокоить быка,— этого быка и отец не удержит, но меня он всегда слушается, когда я ему погрожу. Охотник спрятался в лесу за деревом и наблюдал. Когда стадо успокоилось, он вышел на опушку, где я стояла, и спросил меня, кто я такая и как меня зовут. Я ответила. Выслушав, он как-то странно посмотрел на меня, снял шапку, поблагодарил за свое спасение и скрылся в лесу. После этого случая я его часто встречала, но говорить с ним мне никогда не приходилось. Иногда только, проходя мимо, он здоровался со мной. Охотник часто появлялся на опушке леса, а зимой бродил около реки, заходил и в деревню. Так пролетели весна и зима. Рано утром на Ивана Купалу, после того как вы ушли домой, я, помогая отцу выгонять стадо, увидела, как он пересек луг и подошел к мостику. Постояв на том самом месте, откуда мы бросали венки, он оглянулся вокруг, спустился с мостика — и я ясно видела, как, раздвинув кусты, он снял мой венок, который повис на вербе, и спрятал его под курткой. Минуту тому назад я видела его внизу около леса; не знаю, что это такое, но, увидев его, я всегда пугаюсь.
— И ты действительно с ним никогда не говорила?
— Вот только тогда, и больше ни одного слова,— уверяла Бара.
— А ты его любишь, не правда ли? — допытывалась Элшка.
— Люблю, как всякого хорошего человека, который мне не причинил зла.
— Но откуда ты знаешь, что он хороший, ведь ты с ним никогда не говорила?
— Он не может быть злым, это по глазам видно.
— Стало быть, он тебе нравится? — настаивала Элшка.