Сара слышала все, но ничего не сказала. Как ведьма влетела она в свою комнату, в ярости бросилась на пол и стала плакать, и если бы могла, то избила бы в эту ночь половину обитателей замка и сожгла бы его. Она прекрасно знала, что произошло с барыней; вспомнила, как испугалась, как вырвалась из объятий Жака и чуть не упала в обморок, услышав резкий звонок барыни в то время, как, по ее предположению, та была еще в лесу.
Как только Жак тайком ушел из ее комнаты, она все привела в порядок, сняла нарядное платье, надела домашнее и побежала вниз к барыне, готовясь сказать, что ее не было дома, но госпожа фон Шпрингенфельд, бледная как полотно, со сверкающими глазами, поглядела на нее и заявила:
— Иди и не показывайся мне на глаза, я знаю все.
Сара была ошеломлена и тут же догадалась, что барыня все подслушала. Она спросила Иозефа, когда та вернулась, и догадка ее подтвердилась, так как он ответил с плохо скрываемой насмешкой:
— Она пришла в самый разгар вашего приема.
Все злило мамзель, выводило из себя, а помощи не было ниоткуда. Она злорадствовала, когда ночью началась беготня и люди шепотом сообщали, что барыне плохо, что у нее холера. Тут Сара радостно захлопала в ладоши и принялась укладывать вещи, забирая с собой многое, что ей и не принадлежало.
Перед отъездом она отправилась к Жаку проститься. Он тоже укладывал вещи и был очень раздосадован, что рухнули планы, обещавшие ему легкую жизнь. Он дал это почувствовать Саре, чем сильно огорчил ее. Услышав, что она уволена, он стал ласковее, пообещал навестить ее по возвращении в Прагу и просил остаться ему верной.
Холодно простилась Сара с домом, где вела себя так дурно и где не было ни одного человека, относившегося к ней хорошо, за исключением барыни, которой она отплатила за все черной неблагодарностью.
Узнав, что у хозяйки замка холера, гости разлетелись, как стая голубей в горохе от выстрела. Остались только два приятеля господина Скочдополе: старый майор и лесничий. Остальные под разными предлогами уехали один за другим. Господин Скочдополе никого не удерживал.
Барыне было плохо. У нее на самом деле была холера, после которой она заболела еще серьезнее. Клара и ее мать беспрерывно чередовались у постели барыни, не желая доверять уход за ней посторонним.