Но вот в руку полезла опять боль, острая, тонкая, как жало осы. Надька сейчас же пришла в себя и стала прислушиваться и к боли, и к тому, что делалось возле.
И на всю белую просторную высокую операционную громко так спросила, не раскрывая глаз:
— Что… уже режете?
— Что ты, что ты, — послышался в ответ веселый голос доктора. — Какое там резанье!
Тогда Надька опять спросила, и опять с крепко закрытыми глазами, точно говорила издалека-издалека, с того света. И еще раз гулко так, звонко прозвучал ее голос в нежилой тишине операционной:
— А чего же вы делаете-то?
— Чего? — невинно удивился доктор и засмеялся. — Пока еще только нож точу.
И было слышно, как вздрогнули в зале иные студенты, студентки от такой неуместной шутки доктора. Иные поморщились от досады, подумали, — совсем запугал доктор девочку.
А Надька и не думала пугаться. Поняла, что это только шутка веселого доктора. И припомнилось ей из сказки, что рассказывали в Нижней Ждановке, из сказки про «Аленушку».
…«И точат на мине нож, и хотят мине резати»…