— Проклятая привычка. Я просыпаюсь в шесть часов, ни на минуту позже. Это просто обидно в праздник.
— Попробуй уснуть, дядя.
— Спасибо за совет. Меня не переделаешь.
Александров все еще лежал на спине. Он открыл глаза и с отвращением и скукой рассматривал грязно-пестрые обои, хрупкий столик с невымытой посудой, всю маленькую, узкую, чердачную комнату со скошенным потолком. Еще четверть часа он неподвижно пролежал на спине. Тикали часы и сквозь стекла в комнату бился уличный шум — разноголосые автомобильные гудки и длительный гром грузовиков. Надо вставать.
— Русский уже ушел? — спросил голос за стеной.
— Вероятно. Он уходит в начале седьмого.
— Даже сегодня?
— Сегодня тем более.
— Но сегодня-праздник.
— Не для каждого, дорогой мой, не для каждого.