— Мама, металлургию так слышно, будто она за стеной землянки работает. Погода, наверное, хорошая.
— Погода что надо. Постелю мягко, и спи покрепче. Может, утром в поход.
Гаврик вскочил на глинобитную крышу землянки и остановился, держа подмышкой древко свернутого флажка. Он видел бегущего к нему с горки Мишу и особыми, выразительными взмахами шапки старался спросить его, можно ли выбрасывать флажок — сигнал к сбору штаба отряда.
Миша предостерегающе погрозил пальцем и, подбежав к землянке, сказал, указывая на вереницей уходивших в степь колхозников:
— Подождем, Гаврик, пока они уйдут. Они начнут свое дело, а мы — свое…
Гаврик догадался, что скрывалось за этими словами его осторожного друга.
— Ты думаешь, что у нас не получится по-настоящему?
— Получится. Обязательно получится.
С крыши землянки Гаврик посмотрел на Мишу, а Миша снизу вверх взглянул на своего товарища, и они празднично, понимающе улыбнулись друг другу. Не сговариваясь заранее, они оба сегодня впервые повязали свои багряные галстуки и начистили сапоги.
— Долго будем ждать?. Может, уже довольно? — спросил Гаврик, видя, что Миша загорается нетерпением.