— Я Майку нянчил, — заявил Саша.
— Правда, нянчил, — подтвердил Вася.
— Борька — это вам не Майка. Он у меня — парень громкий, — пригрозила Наташа и вместе с Васей Жилкиным пошла к землянке Мамченко, а Миша зашагал дальше по северному склону. Сейчас он спешил зайти в землянку Быковых. В списке, составленном Гавриком, против «Вова Быков» стоял вопросительный знак и было сбоку приписано: «Сапог порвал».
* * *
Алеша Кустов, большеглазый, приземистый мальчик с немного вздернутым кверху широким носом, задумчиво шагал, обходя котловину села с юга на север. Задумчивая молчаливость не была ему по характеру. Обычно в общении с товарищами он выделялся из всех своей крикливостью, навязчивостью. В горячую минуту недовольства товарищи называли его Алешкой-заткни-уши.
Последние несколько дней Алеша сильно скучал и душевно томился, и вовсе не без причин. Все эти дни его бабка, моложавая, опрятная старушка Гулия Петровна, или бабушка Гуля, не переставая, хныкала, крутила головой, пряча нос в кончик шерстяной зеленой шали… Причитая, она жаловалась Алеше на несчастье, что внезапно повисло над их головами. Бабушка Гуля все время держала Алешку в землянке, как на цепи, и твердила ему, что они пропадут, если их переселят с южного склона в котловину.
— Ты пойми, Алешенька, что тут и роднички, и солнце, и ветер с полудня, а земля-то какая — золото!.. Иди и скажи матери, чтоб ни за что не соглашалась переселяться. Она ж незаменимый тракторист. Должны ей уступить… Ведь ты ж сам помнишь, какой овощью и фруктой я тебя кормила, и всегда ели все на целый месяц раньше других…
И вот Алеша, посланный бабкой в тракторную бригаду, шел, едва переступая с ноги на ногу. Он еще не решил для себя: надо ли итти к матери или где-нибудь посидеть, поглазеть и, вернувшись, сказать бабке то, что ей недавно говорила мать:
— Вы, мама, не приставайте ко мне с усадьбой. Не буду я за нее спорить. Вы тут сидите в закутье, а я работаю на колхозном миру. Стыдно мне от людей. Предупреждаю, не заводите со мной больше про это разговоров!
…Алеша рос под надзором бабушки Гули в просторном дворе, на отшибе от поселка, на родниковом южном склоне, в соседстве с Зубриковыми. За высоким забором, незаметно для прохожего, росли у бабушки Гули яблоки, абрикосы, виноград… Алеша не раз видел, как быстро бабушка умела закрывать от глаз тех, кому надо было войти во двор, и желтизну зреющих абрикосов и лиловую дымку винограда. Пока пришедший стучал в калитку, на которой было написано: «Во дворе злая собака», — бабушка Гуля успевала так ловко разбросать на десятке развешанных во дворе веревок белье, одеяла, матрацы, что чудесным образом исчезали из вида и абрикосы, и яблоки, и виноград.