«Затѣмъ обѣ стороны просили для собранія болѣе точныхъ доказательствъ по настоящему дѣлу отсрочить разбирательство до 22 ноября въ 11 часовъ, когда стороны обязались явиться. 22 ноября, въ первомъ часу, приступлено вновь къ разбирательству, причемъ оказалось, что Пастуховъ не явился и повѣреннаго не прислалъ; а депутатъ отъ полиціи, надзиратель 5 квартала г. Ивановъ, просилъ постановить заочный приговоръ, причемъ объяснилъ, что, на основаніи приказа г. оберъ — полицеймейстера, онъ обращался къ г. Полю для собранія свѣдѣній по этому дѣлу, и г. Поль ему объяснилъ, что когда, по требованію его — отодвинуться отъ пожара, всѣ отодвинулись назадъ, одинъ Пастуховъ остался впереди и прошелъ сквозь цѣпь, составленную изъ полицейскихъ служителей. Когда г. Поль обратился прямо къ нему съ предложеніемъ удалиться за цѣпь, то Пастуховъ отвѣчалъ ему: «г. Поль, не извольте дѣлать мнѣ дерзостей», и при вторичномъ приглашеніи уйти, повторилъ тотъ же отвѣтъ; тогда полицеймейстеръ поручилъ унтеръ — офицеру Петрову освѣдомиться о званіи и мѣстѣ жительства Пастухова и потомъ поручилъ надзирателю Байкову составить актъ. Когда Байковъ обратился за этимъ къ Пастухову, то тотъ требовалъ, чтобы и полковникъ Поль шелъ съ нимъ въ кварталъ; свидѣтелями этого были: Петровъ, Байковъ и Бутиковъ, котораго въ настоящее время нѣтъ въ Москвѣ.
«По отобраніи подписки объ обязательствѣ, въ случаѣ надобности — подтвердить подъ присягой свои показанія, за отсутствіемъ священника свидѣтели спрошены были безъ присяги, порознь.
Старшій унтеръ — офицеръ Петровъ объяснилъ, что, находясь на Остоженкѣ во время пожара въ домѣ Соболевой для соблюденія порядка, онъ видѣлъ, какъ Пастуховъ не слушался требованія полицеймейстера и кричалъ на его слова; но что кричалъ — того не могъ разобрать за общимъ шумомъ на пожарѣ; разговаривалъ онъ съ г. Полемъ у воротъ дома Антипова, въ которыхъ, а также и на дворѣ дѣйствовала пожарная команда. Г. Поль подозвалъ его, Петрова и, и велѣлъ ему съ Пастуховымъ идти въ его квартиру, чтобы удостовѣриться въ его званіи; но когда они пришли въ квартиру Пастухова, въ домѣ Антипова, то она оказалась пустая, всѣ вещи уже были вынесены, и ни жены, ни дѣтей не было, и освѣдомиться о его званіи было не у кого. Тогда свидѣтель спросилъ объ этомъ обстоятельствѣ у самого Пастухова, но отвѣта не получилъ, и потому воротился съ нимъ. Какая — то женщина изъ живущихъ въ домѣ Антипова, встрѣтившаяся на дворѣ, сказала свидѣтелю, что это Николай Ивановичъ Пастуховъ, котораго онъ, Петровъ, прежде не зналъ.
Надзиратель 1‑го квартала Байковъ объяснилъ, что г. Поль встрѣтилъ его на пожарѣ, поручилъ ему составить актъ о сопротивленіи какимъ — то лицомъ его распоряженіямъ, фамилія котораго Хохловъ или Пастуховъ — г. Поль навѣрно не помнитъ, но что онъ поручилъ унтеръ — офицеру Петрову освѣдомиться о его званіи и что онъ живетъ у него, Байкова, въ 1‑мъ кварталѣ; когда свидѣтель увидалъ Пастухова на углу Остоженки и Ушаковскаго переулка, то тотъ самъ сказалъ ему, что о немъ поручено составить актъ; на вопросъ Байкова у Петрова — о немъ ли? тотъ подтвердилъ, что о немъ; тогда Байковъ сказалъ Пастухову: такъ пойдемте въ контору квартала. На это Пастуховъ отвѣчалъ, что онъ безъ полицеймейстера Поля не пойдетъ; въ это время г. Поль, выходя изъ Ушаковскаго переулка, услыхалъ эти слова и сказалъ: присоедините и это къ акту, что Пастуховъ съ пожара требуетъ меня въ контору квартала для составленія акта. Пастуховъ сказалъ тогда, что хотя его вещи стережетъ жена его, но онъ опасается за ихъ цѣлость, почему и былъ отпущенъ и вызванъ потомъ въ контору квартала повѣсткой.
«Ивановъ просилъ занести въ протоколъ, что въ предыдущее засѣданіе, защитникъ, князь Урусовъ, допустилъ свидѣтелей и предложилъ спросить ихъ только съ отобраніемъ подписки, а Пастуховъ въ подписи подъ актомъ самъ сознался, что требовалъ г. Поль въ контору квартала и что г. Поль это слышалъ, чему и былъ свидѣтель Бутиковъ, такъ что за сознаніемъ этого обстоятельства обвиняемымъ спросъ Бутикова, въ качествѣ свидѣтеля, оказывается ненужнымъ.
«По выслушаніи показаній свидѣтелей и доводовъ депутата со стороны полиціи, надзирателя 5 квартала г. Иванова, мировымъ судьею, на основ. 133 ст. Уст. Угол. Суд., постановленъ заочный приговоръ.
«7‑го декабря, мѣщанинъ Пастуховъ, въ поданномъ мировому судьѣ отзывѣ, просилъ о пересмотрѣ дѣла и объ отобраніи по настоящему дѣлу показанія отъ выставленнаго имъ свидѣтеля мещовскаго купеческаго сына Михаила Иванова Щетинина, живущаго на серпуховской станціи желѣзной дороги. Руководствуясь 72 и 140 ст. Уст. Уг. Суд., мировой судья постановилъ: предварительно разбирательства дѣла о мѣщанинѣ Пастуховѣ, сообщить мировому судьѣ города Серпухова, объ отобраніи показанія отъ выставленнаго Пастуховымъ свидѣтеля, купеческаго сына Щетинина.
«2‑го января 1868 года, мировой судья серпуховскаго округа, 1‑го участка, доставилъ протоколъ показанія купеческаго сына Щетинина, составленный имъ 29 декабря. Въ немъ значится: мещовскій купеческій сынъ Михаилъ Ивановъ Щетининъ, спрошенный въ качествѣ свидѣтеля по дѣлу о неисполненіи московскимъ мѣщаниномъ, Николаемъ Ивановымъ Пастуховымъ, требованій полицеймейстра Поля, — по отобраніи отъ него, на основаніи 98 ст. Угол. Судопр., подписки показать по чистой совѣсти все ему извѣстное и подтвердить показанное, въ случаѣ требованія которой либо изъ сторонъ, подъ присягой, показалъ, что онъ, Щетининъ, Пастухова знаетъ, полицеймейстера же Поля не знаетъ; онъ, Щетининъ былъ во время пожара на Остоженкѣ, въ домѣ Соболевой, и видѣлъ, какъ Пастуховъ хотѣлъ пройти въ сосѣдній съ домомъ Соболевой домъ купца Антипова, близь воротъ котораго стояли одинъ полицейскій офицеръ и два полицейскихъ служители, которыя его на дворъ не пускали; Пастуховъ же говорилъ имъ, что онъ въ этомъ домѣ живетъ самъ и семейство его, а потому ему нужно быть тамъ; но полицейскіе его не пускали, и одинъ, какъ ему кажется, изъ служителей взялъ его за бортъ пальто, а Пастуховъ вырвался и убѣжалъ на дворъ дома; ругательствъ со стороны Пастухова онъ не слыхалъ, болѣе ничего не знаетъ, что было; а что Пастуховъ и семейство его жили во время пожара въ домѣ Антипова, то онъ, Щетининъ, положительно удостовѣряетъ. — По полученіи показанія Щетинина, мировой судья постановилъ: разбирательство по дѣлу о мѣщанинѣ Пастуховѣ назначить на 10 января, о чемъ и дать знать сторонамъ.
«1868 года, января 10‑го, при разсмотрѣніи вновь настоящаго дѣла, вслѣдствіе отзыва подсудимаго на заочное рѣшеніе, князь Урусовъ объяснилъ, что онъ проситъ приступить къ заключительнымъ преніямъ, такъ какъ показанія свидѣтелей достаточно разъяснили дѣло и не требуютъ передопроса. По выслушаніи записаннаго показанія Щетинина и обвиненія депутата его отъ полиціи, князь Урусовъ объяснилъ, что первоначальное обвиненіе г. Пастухова заключалось въ томъ, что онъ хотѣлъ войдти во дворъ дома Соболева, гдѣ онъ не живетъ, слѣдовательно, изъ любопытства, что дѣйствительно представлялось бы противнымъ законнымъ полицейскимъ постановленіямъ, въ силу которыхъ постороннія лица не должны мѣшать дѣйствіямъ пожарной команды. Но изъ показаній Петрова и Щетинина оказывается противорѣчіе между доказательствами обвиненія и самымъ обвиненіемъ. Именно: свидѣтельскими показаніями обнаружено, что Пастуховъ хотѣлъ войти не въ постронній домъ Соболева, а въ домъ Антипова, гдѣ Пастуховъ имѣетъ жительство съ своимъ семействомъ. Закона, запрещающаго отцу семейства помочь семейству спасать все ему дорогое и родное отъ опасности пожара, не существуетъ, и если бы полиція стала требовать отъ Пастухова такого противоестественнаго подвига, она не могла бы передъ судомъ доказать законность своихъ требованій, по ст. 29 уст. о наказ. Но невидимому г. Поль и не заявлялъ этого требованія, а устранялъ только постороннихъ отъ пожара. Такъ какъ показаніями свидѣтелей доказано, что подсудимый не ослушивался законныхъ требованій полиціи, то князь Урусовъ проситъ судью, по 119 ст. уст. уг. суд., Пастухова отъ суда освободить.
«Противъ этого депутатъ отъ полиціи, о-го квартала надзиратель Ивановъ, объяснилъ, что между полковникомъ Полемъ и Пастуховымъ разговоръ былъ довольно продолжительный и въ разныхъ мѣстахъ, такъ какъ Постуховъ оказывалъ неоднократное ослушаніе, что видно и изъ акта, составленнаго полиціею; затѣмъ отказъ Пастухова исполнить требованіе полицеймейстера — удалиться и не мѣшать дѣйствію пожарной команды — есть фактъ, сущность коего не отрицается противною стороною; что же касается доводовъ, что отказъ этотъ былъ вызванъ заботами о своемъ имуществѣ, то на это депутатъ считалъ нужнымъ заявить, что, во‑1‑хъ, оно не извиняетъ ослушанія полиціи; во‑2‑хъ, самый способъ сопротивленія Пастухова положительно не можетъ быть допускаемъ по его грубости; въ‑3‑хъ, Пастуховъ сказалъ о томъ, что онъ живетъ близь пожара, уже тогда, когда полицеймейстеръ приказалъ надзирателю Байкову пригласить Пастухова въ контору квартала для составленія акта объ ослушаніи.