– Гармонии… – Дядюшка посмотрел на племянника: – Да ты, пожалуй, не знаешь, что такое гармония?
Пока дядюшка объяснял, навстречу коляске побежали шмаковские поля.
– Вот ты и пойми, – кипятился Иван Андреевич, – в многозвучии вся прелесть музыки заключена. Гармония, можно сказать, и есть музыка!.. А ну, припусти! – вдруг закричал он кучеру и, привстав, сам стал дирижировать конями: – Престо! Фортиссимо!..
Кучер Прошка тотчас перевел мудреные барские слова на понятный коням язык:
– Эй вы, залетные!..
А Звёздочка и Воронок и без него дядюшку понимают: ну как же не престо, если сейчас будет тебе и конюшня и торба с овсом!
«Так вот она, гармония? – размышлял, подпрыгивая на ухабах, Мишель. – Она-то и сидит в оркестре». Он только слова не знал.
Шмаковская усадьба была совсем близко. Дозорные пихты расступились, пропуская коней в. аллею.
– Дядюшка, а почему же нельзя к песням гармонию приладить?
Но Иван Андреевич уже выскочил из коляски и взбежал на крыльцо.